Exclusive «Зеленая» сталь: как это сделают в Канаде

Декарбонизация отрасли в cтране базируется на четырех составляющих

Канада имеет значительные преимущества для «зеленого» перехода в металлургии. Прежде всего это обширные запасы железной руды — около 6 млрд т. Они позволяют производить безуглеродное сырье для плавки стали. Причем не только для собственных нужд, но и на экспорт.

Страна занимает 6 место в мире по генерации энергии из возобновляемых источников (ВИЭ), необходимой для безэмиссионного стального производства. Канадский потенциал ВИЭ можно назвать колоссальным. Главным образом это гидроэнергетика и ветроэнергетика.

Наконец, инвестиционные возможности металлургических компаний и господдержка декарбонизации в Канаде на довольно высоком уровне. Суммируя эти факторы, можно ожидать быстрого продвижения местной сталелитейной промышленности к «чистому нулю». Но как все обстоит на самом деле?

Отраслевое резюме

На протяжении последних лет стальная выплавка в Канаде держится примерно на одном уровне. С одной стороны, это свидетельствует об устойчивости отрасли и достаточно сильной защите внутреннего рынка от импорта метпродукции. С другой – может указывать на стагнацию.

Помимо упомянутых запасов железной руды, страна располагает крупными угольными месторождениями, 6,58 млрд т. Это предопределило акцент на BF-BOF модели для местной металлургии. Несмотря на это, ее вклад в общий объем парниковой эмиссии канадской промышленности и экономики можно оценить как незначительный.

Практически все основные эмитенты СО2 расположены в провинции Онтарио. Это интегрированные BF-BOF комбинаты ArcelorMittal Dofasco, крупнейший стальной производитель Канады с годовой мощностью 4,05 млн т., Algoma Steel, ведущий канадский производитель г/к и х/к проката с мощностью 3,2 млн т и Stelco с мощностью 2,5 млн т. Только небольшой завод Rio Tinto мощностью 0,6 млн т. находится в Квебеке.

Из них ArcelorMittal Dofasco и Algoma Steel выбрали модель H2-DRI-EAF, тогда как Stelco до сих пор не определилась со стратегией. Тем не менее, в соответствии с международными обязательствами Канады и планами федерального правительства, все меткомпании к 2050 г. должны достичь нулевых парниковых выбросов.

Планы компаний

Проект по декарбонизации комбината Dofasco в Гамильтоне стоимостью $1,8 млрд ArcelorMittal начал в октябре 2022 г. Он предусматривает строительство завода DRI на 2,5 млн т в год и EAF на 2,4 млн т. Оборудование поставят итальянские Danieli&CSpA и Tenova SpA.

В рамках проекта на комбинате демонтирована старая коксовая батарея №1. На ее месте и возводится новый производственный комплекс. Также предусматривается модернизация уже существующей EAF и МНЛЗ. После этого производительность комбината снизится до 3,57 млн т стали.

Завершение работ ранее планировалось на 2026 г. Однако в этом году местные СМИ сообщили о неких задержках с продвижением проекта. Впрочем, он предполагает переходный этап до 2028 г., в течение которого должны параллельно эксплуатироваться BF и EAF.

А в дорожной карте декарбонизации ArcelorMittal Dofasco к 2030 г. предусматривается снижение выбросов только на 25%. Тогда как полная реализация EAF перехода в Гамильтоне даст сокращение на 60%. Таким образом, сейчас можно сказать, что компания не выбивается из намеченного графика.

Быстрее процесс идет на комбинате Algoma Steel в Су-Сент-Мари. Здесь уже в июле нынешнего года началась промышленная эксплуатация первого блока новой EAF, которая заменит доменное производство. Но проект Algoma и стартовал немного раньше – в 2021 г. Тогда как ArcelorMittal приступил к работам в январе 2023 г.

Всего в Су-Сент-Мари предполагается построить две EAF мощностью 250 т каждая, поставщиком оборудования также выступает Danieli. После полного запуска электросталеплавильного комплекса выбросы СО2 на комбинате снизятся на 70%. Это должно произойти до 2030 г. Стоит отметить, что темпы строительства сдерживаются из-за сетевых возможностей местной энергетики.

Остальные 30% приходятся на нагревательные печи листопрокатного комплекса, а также выравнивающие печи. Эти выбросы будут сокращены за счёт перевода агрегатов с природного газа на электроэнергию (э/э) и синтетический биогаз.

Стоит отметить, что оба предприятия подключены к энергосети провинции Онтарио, в которой э/э уже сейчас на 93% является безуглеродной. Таким образом, канадским металлургам, в отличие от их коллег в большинстве стран, не нужно инвестировать в создание собственных мощностей ВИЭ. Это означает, что их путь к «чистому нулю» гораздо быстрее и короче. И дешевле.

Как отмечалось выше, Stelco – единственный крупный производитель с BF-BOF мощностями, у которого нет утвержденной дорожной карты декарбонизации. При этом компания в 2020 г. провела замену футеровки и модернизацию BF. Это значительные инвестиции, а доменные печи после замены футеровки обычно могут работать до 20 лет. Из этого следует, что до 2040 г.  Stelco не планирует радикальных мер по декарбонизации, только НДТ.

Также дорожной карты с целевыми ориентирами нет у 2 заводов ArcelorMittal Montreal в Квебеке суммарной мощностью 2,4 млн т стали в год. Но поскольку эти предприятия работают на EAF, то с их окончательным «озеленением» действительно можно не спешить. То же самое относится к заводам Evraz Regina Steel Works в Саскачеване мощностью 1,2 млн т стали в год и Gerdau в Витби (пров. Онтарио) мощностью 1,1 млн т.

Учитывая небольшие объемы стальной выплавки на комбинате Rio Tinto Iron&Titanium (RTIT) в Квебеке, стратегию декарбонизации этого предприятия можно считать оптимальной. Rio Tinto переведет его печи с обычного металлургического угля на биоуголь. Завод по его производству Rio Tinto совместно с американской Aymium строит здесь же, в Квебеке, на площадке бывшего целлюлозно-бумажного комбината. Его запуск в эксплуатацию намечен до конца текущего года.

Таким образом выбросы RTIT от стального производства снизятся на 70%. Оставшиеся 30% должна поглотить технология Blue-Smelting, предусматривающая предварительный нагрев материала перед плавкой и утилизацию металлургических газов. Сейчас на комбинате уже работает экспериментальная установка с мощностью производства 40 тыс. т в год.

Ресурсы для декарбонизации

Местные металлурги не испытывают проблем с ломообеспечением. Объемы заготовки превышают текущие потребности. И Канада может даже позволить себе экспорт лома – 4,9 млн т в 2024 г., в 2023 г. – 4,8 млн т. Но это пока. После завершения EAF-перехода на комбинатах Dofasco и Algoma потребность в данном ресурсе резко возрастет. Поэтому можно ожидать ограничений на его экспорт в ближайшие год-два.

Если говорить о технологии DRI-EAF, то рабочие планы по строительству DRI завода в Канаде есть только у ArcelorMittal.

Единственное действующее предприятие также принадлежит этому концерну. Это расположенный в Квебеке завод ArcelorMittal’s Port-Cartier производительностью 10 млн т железорудных окатышей и 1,65 млн т DRI. Сейчас он использует природный газ, в дальнейшем предусматривается переход на «зеленый» или «голубой» Н2.

В настоящее время годовое производство Н2 в Канаде на уровне 3 млн т. Но это главным образом «серый» водород. Крупнейший в стране завод по производству «зеленого» Н2 мощностью 11 тыс. т в год должен был заработать еще в 2023 г.  Однако оператор проекта, провинциальная госкомпания Hydro-Quеbec, до сих пор не перешла к его реализации.

Тем не менее, утвержденная в 2020 г. Водородная стратегия Канады предполагает, что к 2050 г. в стране будет выпускаться свыше 20 млн т Н2. Причем власти акцентируют, что это может быть не только «зеленый», но и «голубой» Н2, получаемый из нефти и природного газа – ресурсов, которыми страна располагает в больших объемах.

В любом случае, Канада намерена не только полностью закрыть потребности своей экономики в водороде, но и наладить его масштабный экспорт. Правительство ожидает, что к 2050 г. в денежном эквиваленте он превысит $50 млрд при ориентировочной цене производства и транспортировки $1500-3500/т. Сейчас в Канаде она в пределах $5000-12000/т. Поэтому до широкого коммерческого применения Н2 еще довольно далеко.

Развитие H2-DRI производства и EAF-переход потребуют дополнительных объемов «зеленой» э/э. В 2023 г. мощность ВИЭ в Канаде составляла 20,4 ГВт. На конец 2025 г. Канадская ассоциация возобновляемой энергии (CanREA) прогнозирует прирост до 26 ГВт, к 2050 г. – до 58 ГВт. Поэтому, как отмечалось, чистая э/э – то, о чем канадским металлургам можно не беспокоиться.

«Зеленая» госполитика

Разумное сочетание стимулов и регуляций. Так вкратце можно охарактеризовать политику правительства Канады в сфере «зеленого» перехода. В 2018 г. в стране принят Закон о ценообразовании в отношении выбросов парниковых газов, которым в т.ч. введена плата за эмиссию СО2 для промпредприятий. С 2019 г. он вступил в силу.

Параллельно с 2022 г. правительство предоставляет производителям налоговый кредит в размере 60% от стоимости нового оборудования для улавливания СО2 из воздуха, а также 50% на все остальное оборудование для улавливания вредных выбросов. Налоговый кредит в размере 37,5% выделяется на новое низкоэмиссионное оборудование для транспортировки и хранения продукции.

А вот на введение СВАМ, пошлины на импорт продукции с высоким углеродным следом – власти Канады так и не решились. Данный вопрос в конце сентября 2024 г. тогдашний премьер Джастин Трюдо обсуждал с главой Еврокомиссии Урсулой фон дер Ляйен. Но с тех пор подвижек нет.

Причина заключается в опасениях испортить и без того непростые торговые отношения с США, главным внешнеэкономическим партнером. По данным канадского Минфина, 76% экспорта местных предприятий с высоким уровнем выбросов СО2 приходится на США. Поэтому в Оттаве не без оснований полагают, что ответные меры Вашингтона окажутся слишком болезненными для национальной экономики.

Очень важный нюанс – целевое использование средств, поступающих в бюджет от предприятий в качестве платы за выбросы. В этом главное различие между Канадой и Украиной, где деньги от экологического налога поступают в частично в госбюджет и в фонд Госэнергоэффективности, где они, естественно, не тратятся на декарбонизацию. В Канаде же, поступления от платы за выбросы власти инвестируют исключительно в проекты декарбонизации. Например, вышеупомянутый EAF-переход комбината ArcelorMittal Dofasco стоимостью $1,8 млрд. Из этой суммы $400 млн выделяет федеральное правительство и $500 млн дают власти провинции Онтарио.

Т.е. долевое участие государства в данном проекте – 50%. Это очень даже немало. Для сравнения, заявленная доля госфинансирования EAF-перехода для британского меткомбината Port Talbot – 40%, для австралийского Whyalla Works – 23%. Во многом благодаря этому декарбонизация металлургии в Канаде продвигается успешнее, чем в других странах.