Узнать больше
Глава Федерации металлургов Украины о текущей ситуации в сфере занятости, динамике заработных плат и недостатках системы бронирования
Горно-металлургический комплекс Украины переживает один из самых тяжелых периодов своей новейшей истории. В дополнение к общеэкономическим проблемам отрасль сталкивается с острым дефицитом кадров, который в среднем достигает 20%. Такая цифра является критической для стабильной работы предприятий, которые являются не только крупными налогоплательщиками, но и зонами техногенных рисков.
О кадровом дефиците, зарплатах, бронировании персонала и работе с ветеранами в интервью GMK Center рассказал глава Федерации металлургов Украины (ФМУ) Сергей Беленький.
Ситуация с зарплатами
Что сейчас происходит с зарплатами в отрасли? Как вы оцениваете текущие финансовые возможности предприятий ГМК для повышения финансового обеспечения работников?
– Отрасль сейчас находится в одном из самых критических состояний в новейшей истории. Оккупация территорий, где размещены производственные активы, физическое уничтожение или разрушение предприятий, релокация и мобилизация ключевого персонала, неблагоприятная ценовая конъюнктура на рынках сбыта, высокие цены и тарифы на электроэнергию, энергоресурсы, перевозки, отключения предприятий от электроснабжения, фактически закрытое внешнее финансирование, ограниченные возможности для внутренних инвестиций, CBAM – это основной, но не исчерпывающий перечень рисков, которые негативно влияют на финансовое состояние отрасли.
Все компании ГМК с начала полномасштабного вторжения генерируют убытки либо в отдельные наиболее благоприятные отчетные периоды работают с рентабельностью, близкой к нулевой. В таких условиях сложно говорить о каком-либо существенном повышении зарплат.
По итогам прошлого года (с декабря 2025 года по декабрь 2024 года) средняя заработная плата на предприятиях ФМУ увеличилась на 7%, до 29,2 тыс. грн при инфляции 8%. Конечно, это далеко не тот уровень зарплат, который можно уверенно назвать конкурентоспособным. Компании отрасли это понимают и планируют повышение зарплат, как только появится такая финансовая возможность.
Какие дополнительные нефинансовые возможности (социальные пакеты) предлагают предприятия отрасли?
– Компании ГМК традиционно отличались значительными социальными пакетами для своих работников. К сожалению, часть этих дополнительных поощрений была вынужденно приостановлена во время войны. Обычно остаются действующими добровольные программы медицинского страхования для работников и членов их семей, поддержка военнослужащих во время и после мобилизации, помощь семьям погибших и раненых защитников, помощь в связи с семейными событиями, помощь ВПЛ, помощь с ремонтом жилья, поврежденного в результате обстрелов, организация бесплатного транспорта для комфортного доезда на работу и с работы, программы обучения и повышения квалификации, психосоциальной поддержки.
Дефицит персонала
Нехватка кадров является проблемой не только ГМК, но и всей украинской экономики. Насколько остро ощущается дефицит персонала в отрасли? Можете ли вы оценить этот дефицит в цифрах?
– Кадровый дефицит – одна из основных проблем отрасли сегодня. На подготовку квалифицированного специалиста требуются годы обучения и практического опыта. Мы понимаем и поддерживаем потребность государства в мобилизации персонала, но объективно нам часто неким заменить работников, которые встали на защиту страны.
Точную цифру назвать сложно, но в среднем по отрасли дефицит составляет примерно 20%, что уже критично для стабильной работы предприятий.
Как предприятия решают проблему удержания ключевых специалистов?
– Наверное, никого не удивлю, если скажу, что возможность отсрочки от мобилизации через механизм бронирования сегодня является основным стимулом для удержания ключевых специалистов. Наши компании активно работают с необходимыми специалистами со статусом ВПЛ: помогают с релокацией, арендой жилья и так далее. Благодаря этому удалось сохранить часть ключевого персонала, который работал на предприятиях, расположенных на временно оккупированных территориях.
Проблемы с бронированием
Насколько мобилизация влияет на работу отрасли? Какой процент работников предприятий отрасли был мобилизован по состоянию на 2026 год?
– Во время полномасштабного вторжения было мобилизовано от 20% до 30% работников компаний отрасли. Если считать с 2014 года, то еще на несколько процентных пунктов больше. Замещение мобилизованных работников – одна из главных проблем отрасли сегодня и решать ее с каждым днем войны все сложнее.
Несмотря на многочисленные усовершенствования, система бронирования персонала все равно вызывает нарекания у бизнеса. На ваш взгляд, каких изменений требует текущий механизм для устойчивой работы предприятий ГМК?
– Система бронирования персонала действительно постоянно совершенствуется. Для устойчивой работы предприятий отрасли действующего лимита в размере 50% забронированных работников объективно недостаточно прежде всего из-за относительно длительного периода подготовки квалифицированных специалистов и уже исчерпанных возможностей привлечения сотрудников из других отраслей.
Мы предлагаем еще одно конкретное решение – механизм непрерывного («бесшовного») бронирования без разрывов между циклами, когда срок текущего бронирования работника уже завершился, а новое еще находится в процессе обработки. В эти несколько дней наш ключевой работник может быть мобилизован, что усугубляет кадровый дефицит.
Занятость в отрасли
Как изменилась по итогам прошлого года численность занятых в отрасли?
– Это очень болезненный вопрос. К сожалению, с 2022 года численность работников в отрасли стремительно сокращается. На начало 2022 года на наших предприятиях с учетом временно оккупированных территорий работало 122 тыс. сотрудников.
В течение 2025 года среднесписочная численность работников на предприятиях ФМУ уменьшилась с 66 тыс. до 62 тыс. человек. То есть за время полномасштабного вторжения численность персонала отрасли сократилась почти вдвое.
Сейчас по разным причинам простаивают Ferrexpo, Ингулецкий ГОК, КЖРК и другие. Можете назвать приблизительное количество работников, которые вынужденно не заняты на этих предприятиях?
– На Полтавском ГОКе еще в середине 2024 года работало почти 4,5 тыс. сотрудников, на Ингулецком ГОКе – 3,7 тыс. Не все из этих сотрудников сейчас полностью не заняты, поскольку определенные работы для поддержания жизнедеятельности предприятий все равно необходимо выполнять. КЖРК не входит в состав ФМУ, поэтому данных по этому предприятию у меня нет.
В начале текущего года «АрселорМиттал Кривой Рог» закрыл цех блюминга и прекратил работу ЛМЗ. Можно ли говорить, что из-за сложной ситуации в отрасли начались сокращения?
– Да, иначе это не назвать. Действительно начались сокращения. Это касается не только «АрселорМиттал Кривой Рог», менеджмент которого неоднократно предупреждал органы власти, что будет вынужден прибегнуть к таким крайним мерам, если не решится вопрос хотя бы с адекватными ценами на электроэнергию и стабильностью ее поставки на предприятие.
Вступление в силу с 1 января 2026 года климатически-протекционистского механизма CBAM, на отсрочку введения которого очень надеялись отечественные экспортеры, очевидно, стало катализатором такого решения.
Учитывая то, что большинство предприятий отрасли являются градообразующими, какое влияние на местные общины и бюджеты окажут сокращения персонала и вынужденные простои на предприятиях?
– Крайне негативное. Очень показательный пример – город Горишние Плавни с населением более 50 тыс. человек, который полностью зависит от работы горно-обогатительных комбинатов компании Ferrexpo. Очень приятный и комфортный для проживания город, который выгодно выделяется среди большинства других промышленных регионов. К сожалению, если работа ГОКов не будет восстановлена, этот город, очевидно, ждет упадок.
Социальная работа
На ваш взгляд, насколько важна работа предприятий с демобилизованными ветеранами?
– Это очень важная работа. Прежде всего благодаря нашим ветеранам мы вообще сегодня можем обсуждать сам факт существования и дальнейшего развития отрасли. Практически все компании ГМК создали у себя целые экосистемы по работе с демобилизованными ветеранами с целью их реинтеграции в гражданскую жизнь и работу. Были использованы лучшие мировые практики и наработан собственный уникальный опыт.
В основном системная работа с ветеранами предусматривает психологический скрининг после возвращения к работе и соответствующие программы психологической реабилитации или психокоррекции.
Предприятия предоставляют своим ветеранам различные виды медицинской, экономической, юридической, социальной помощи, поддерживают ветеранские сообщества и волонтерские движения.
Как предприятия решают проблему психологической нагрузки и посттравматических последствий среди сотрудников? Есть ли системные программы поддержки?
– Да, в отрасли внедрены именно системные программы психосоциальной поддержки работников. Они предусматривают бесплатные консультации психотерапевтов для сотрудников и членов их семей. К этой работе привлекают лучших гражданских, военных, семейных, детских психологов, которые предоставляют профессиональные советы и рекомендации. Во время реализации указанных программ на предприятиях отрасли было проведено тысячи консультаций, что свидетельствует об их качестве и востребованности.
