Exclusive Японская «зеленая» сталь

Декарбонизация отрасли получает мощную финансовую поддержку от правительства

Особенность японского подхода к «зеленой» трансформации металлургии заключается в понимании одной простой истины. Что это не «головная боль» самих компаний. Это общенациональная задача. Отсюда и беспрецедентные налоговые стимулы участникам рынка. Даже несмотря на их огромные собственные финансовые возможности. 

EAF-переход и госполитика

Япония – третий по величине стальной производитель в мире. При этом примерно треть продукции экспортируется. Поэтому вклад местных компаний в декарбонизацию глобальной отрасли оценивается очень высоко.

Японская металлургия сегодня – это прежде всего 24 доменных печи в 12 городах общей мощностью 83 млн т.  Мощность электросталеплавильных печей значительно уступает, насчитывая 37 млн т. Таким образом, технологический маршрут BF-BOF преобладает над NG-EAF-scrap based.

В связи с этим на металлургию приходится около 40% выбросов СО2 японской промышленности. Даже несмотря на то, что доменное производство в Японии считается самых энергоэффективным в мире. Яркая иллюстрация того факта, что возможности наилучших доступных технологий (НДТ) имеют свои пределы. И не являются исчерпывающим ответом на вызовы «зеленой» трансформации, требуя более радикальных решений. Прежде всего перехода на новые технологии стальной выплавки.

Поэтому, в отличие от большинства стран, не НДТ служат главным драйвером переходного периода в японской металлургии. Который продлится до 2030 г. и предусматривает сокращение выбросов СО2 на 30% к базовому 2013 г., когда они достигали 200 млн т. Основной эффект будет получен за счет развития электросталеплавильного производства.

Крупнейший местный игрок, Nippon Steel Corp., в июне 2025 г. анонсировала инвестиции $6,05 млрд в строительство EAF на комбинате Kyushu Works, а также в расширение и реконструкцию 2 действующих EAF. Ввод объектов в эксплуатацию запланирован на 2029 ФГ (завершится 31 марта 2030 г.), их общая мощность составит 2,9 млн т стали в год.

Второй по величине производитель JFE Steel Corp. в апреле 2025 г. объявил о строительстве EAF на 2 млн т в год на заводе West Japan Works в Курашики. Стоимость объекта $2,2 млрд. Его коммерческий запуск должен состояться в I кв. 2028 ФГ.

Важно подчеркнуть высокую долю государственного участия в данных проектах. Для Nippon Steel – $1,75 млрд, для JFE Steel – $690 млн. Финансирование будет предоставляться в рамках закона о содействии «зеленой» трансформации GX.

Но нет, правительство не потратит деньги японских налогоплательщиков на EAF. Средства выделяются в виде налоговых кредитов. За каждую тонну «зеленой» стали, полученной на новых объектах, компании получат $149 вычета из налоговых обязательств. При соблюдении ряда условий:

• Переход с BF-BOF на EAF;
• Производство электростали с качеством не хуже, чем ранее при доменно-конвертерном способе;
• Стоимость инвестпроектов не менее $81 млн, мощность новых EAF не менее 200 тыс. т в год;

Очевидно, любая даже не самая крупная компания легко выполняет данные критерии в рамках «зеленой» трансформации. Японские СМИ назвали эту инициативу «довольно щедрым предложением»  правительства. И с ними можно согласиться. Тем не менее, есть и скептики, которые все равно не проявляют решительности.

Третий по величине стальной производитель Kobe Steel Ltd. в мае 2025 г. объявил о секвестре инвестбюджета на декарбонизацию в 2024-2026 гг. с $2,09 до $1,05 млрд. Как пояснили в компании, такое решение принято правлением на фоне обеспокоенности акционеров. Которые полагают, что влияние «зеленых» преобразований и связанных с этим затрат на конкурентность будущей продукции недостаточно изучено.

Вместе с тем Kobe Steel подчеркнула приверженность прежней цели по сокращению выбросов СО2 на 30% к 2030 г. Но пока это единственный крупный игрок, не приступивший к EAF-переходу. Компания все еще оценивает возможность строительства новой электропечи на замену доменной в Какогаве. Старт проекта планируется уже после 2030 г.

Пока же усилия Kobe Steel сосредоточены на увеличении доли лома в сырье для плавки чугуна, на использовании биомассы для производства электроэнергии (э/э), дальнейшем повышении энергоэффективности. Т.е. на НДТ. Которые, как отмечалось, вряд ли позволят достичь сокращения парниковой эмиссии на 30%.

Интересно, что наиболее амбициозные цели ставит перед собой Tokyo Steel, крупнейший производитель электростали. У которой выбросы и так меньше, чем у вышеперечисленных компаний, порядка 1,7 т на 1 т готовой стали. В т.ч. Scope 1 для HRC – 0,683 т, для HRP – 0,622 т.  Тем не менее, Tokyo Steel намерена к 2030 г. снизить парниковую эмиссию на 40% по сравнению с 2013 г. Достичь этого планируется за счет увеличения использования ВИЭ до 40%.

К слову, Tokyo Steel и другие электросталеплавильные компании оказались ущемленными в рамках закона о лидерстве GX, предусматривающего приоритетность госзакупок экологически чистой стали. В нем содержится ссылка на другой документ, в котором в качестве таковой определяется «сбалансированная сталь», т.е. «продукция с пониженным уровнем выбросов» произведенная традиционным способом BF-BOF. И не упоминается сталь из EAF.

Понятно, что японские чиновники прежде всего хотели предоставить стимулы для декарбонизации BF-BOF мощностей, дающих самые большие выбросы и требующих огромных инвестиций. Но таким образом дискриминации подверглись компании, уже выпускающие «зеленую» сталь без дополнительных затрат.

Аналогично с принятым ранее законом о содействии экологически чистым закупкам. В нем также прямо не упоминается электросталь. Но говорится о «сбалансированной стали». Обсуждения соответствующей поправки к данному документу продолжаются.

Важным стимулом, который может ускорить EAF-переход, станет введение платы за парниковую эмиссию. Рынок торговли квотами на выбросы СО2 должен заработать с 2026 г. Детали японской СТВ всё ещё находятся на стадии консультаций и официально не утверждены.

Японские нюансы

Важная особенность японской стальной декарбонизации – тесная кооперация участников рынка. В отличие, например, от Южной Кореи, где каждый идет своим путем в разработке технологических решений.

В 2022 г. Nippon Steel, JFE Steel и Kobe Steel совместно с Японским центром исследований и разработок в области металлов сформировали Hydrogen Steelmaking Consortium. Который при поддержке Фонда зеленых инноваций NEDO начал проект Super Course50. Его цель – сокращение на 50% выбросов CO2 в доменном производстве за счет использования нагретого внешнего Н2 совместно с коксом.

В рамках Super Course50 на заводе JFE Steel в Тибе построена небольшая экспериментальная доменная печь. В настоящее время на объекте удалось добиться сокращения выбросов на 33% по сравнению с обычными агрегатами. Исследования продолжаются.

Из этого следует, что японские компании не планируют полный переход на EAF к 2050 г. Они объясняют это невозможностью производить в электропечах отдельные виды высокомаржинальной стали, включая электротехническую. Кроме того, стратегия заключается в максимальном использовании существующего оборудования. Тогда как EAF потребует строительства нового по всей технологической цепочке.

Вместе с тем, как подчеркнул исполнительный директор Nippon Steel по экологии Хидеоки Сузуки, применение Н2 в доменных печах не предполагает полный отказ от кокса. Поэтому остающийся объем парниковой эмиссии планируется нейтрализовать с помощью CCUS.

Nippon Steel ведет соответствующие разработки. И все упирается в цену вопроса. Сейчас компании удалось добиться $149/т СО2 и это лучшее достижение японских инженеров. Но очевидно, что это слишком большие затраты в пересчете на 1 т готовой стали. Поэтому говорить о готовности к коммерческому использованию очень рано. По словам Сузуки, многое зависит от технических решений в смежных отраслях, прежде всего в части транспортировки и хранения углерода. И прогнозировать прогресс очень сложно.

В свою очередь, JFE Steel изучает возможность захоронения углерода со своих предприятий в Малайзии.

Еще один интересный нюанс. Япония – один из ведущих поставщиков стального лома на глобальный рынок.

Тем не менее, в обеспечении сырьем будущих EAF мощностей местные компании делают ставку не на этот ресурс, а на HBI/DRI.

* Nippon Steel разрабатывает технологию получения DRI с помощью Н2 из низкосортной железной руды (существующие технологии предполагают использование высокообогащенного материала), прежде всего с австралийских месторождений. Кроме того, Nippon Steel заявила о готовности долевого участия в интегрированных зарубежных проектах, включающих добычу железной руды, производство «зеленого» Н2 и DRI.

* JFE Steel в своей Стратегии углеродной нейтральности также задекларировала стремление использовать низкоуглеродный HBI/DRI на основе водорода. В партнерстве с Emirates Steel компания инвестировала в строительство в ОАЭ завода по выпуску 2,5 млн т DRI в год. Предполагается, что 50% продукции будет поступать для заводов JFE Steel в Японии.

Среди крупных компаний акцент на увеличении ломосбора в своей Дорожной карте делает только Tokyo Steel.

«Зеленые» составляющие: Н2 и ВИЭ

Еще в 2020 г. в Японии заработал первый завод по выпуску «зеленого» Н2 мощностью 10 МВт. Обновленный в конце 2024 г. План энергетической политики Японии (7-SEP) предусматривает увеличение мощностей электролиза Н2 до 15 ГВт к 2050 г. Производство «зеленого» Н2 должно вырасти до  0,3 млн т к 2030 г. и до 5-10 млн т к 2050 г. При этом значительная часть ресурса все же будет импортироваться.

Необходимой инфраструктурой для такого импорта Япония уже располагает. В конце 2021 г. в порту Кобе завершилось строительство специального терминала по перевалке сжиженного Н2. А в феврале 2022 г. он принял первый груз из Австралии.

Одновременно затраты на поставку должны снизиться до $2,25/кг к 2030 г. и до $1,5/кг к 2050 г. Вместе с тем в Nippon Steel подсчитали, что для широкомасштабного внедрения водородных технологий в стальной отрасли цены должны быть не выше $0,6/кг.

В свою очередь, Японская ассоциация водорода (JH2A) полагает, что только для металлургии к 2050 г. потребуется 20 млн т Н2 в год, а общий спрос японской экономики достигнет 70 млн т. В таком случае заявленных объемов производства и импорта явно недостаточно.

Возобновляемая энергетика в Японии начала развиваться с середины 2010-х гг., после 2020 гг. темпы ввода новых мощностей значительно ускорились. Тем не менее, именно нынешнего премьера Сигэру Исиба можно назвать «энергетическим революционером».

Принятый его правительством план 7-SEP впервые официально задекларировал чёткая приверженность снижению зависимости от ископаемого топлива, играющего ключевую роль в национальной энергетике. А ВИЭ объявлен приоритетным и доминирующим ресурсом в энергополитике Японии.

Кроме того, 7-SEP снял табу на развитие атомной энергетики, наложенное властями в 2011 г. после известной аварии на АЭС «Фукусима». И хотя атомная э/э не классифицируется как «зеленая» – тем не менее, это углероднонейтральный продукт, способствующий декарбонизации экономики, включая металлургию.

По оценкам исследовательского центра Transition Asia, EAF-переход в Японии потребует дополнительных 3 ТВт·ч «зеленой» э/э. Это 0,5% от общего объема производства к 2030 г. и 5–7% к 2050 г. для достижения стальной выплавки с нулевыми выбросами. Исходя из этого, в 2040 г. на металлургию должно выделяться 7–8% э/э от всего объема производства ВИЭ.  Данная цель вполне реалистична.

Таким образом, японская модель декарбонизации металлургии характеризуется сочетанием двух известных сегодня инженерных решений. Это EAF-переход и внедрение водородных технологий для BF-производства в сочетании с CCUS.

Разумная госполитика, включающая финансовую поддержку отрасли, служит залогом будущего успеха. Предоставление компаниям налоговых кредитов может оказаться гораздо более эффективным инструментом, чем субсидии и гранты от Еврокомиссии для европейских металлургов.