Exclusive Торговые войны: как фактор Трампа влияет на мировую экономику

Президент США продолжает использовать тарифы как аргумент в экономических и политических спорах

Начало 2026 года продемонстрировало, что США не отказываются от тарифов как инструмента торгового и политического давления. Только в январе Дональд Трамп несколько раз использовал такие угрозы, в том числе в адрес ряда европейских стран и Канады. Крупные торговые партнеры Соединенных Штатов на этом фоне были вынуждены разрабатывать стратегии защиты и продвигают новые возможности.

«Наказание» для Южной Кореи

27 января Трамп объявил о повышении пошлины на товары из Южной Кореи с 15% до 25%. Под новые тарифы попали автомобили, пиломатериалы, фармацевтическая продукция и «все остальные» взаимные торговые позиции. Президент США обосновал свое решение задержкой ратификации соответствующего соглашения, заключенного в прошлом году, второй стороной.

США и Южная Корея достигли договоренностей, которые предусматривали 15-процентную пошлину на весь южнокорейский импорт, в конце июля 2025 года. Соглашение включало инвестиционные обязательства Южной Кореи вложить в Соединенные Штаты $350 млрд в обмен на снижение ставок. Торговое соглашение было внесено на рассмотрение Национального собрания Южной Кореи в ноябре прошлого года. По сообщениям СМИ страны, документ должны были утвердить в феврале.

Южнокорейские чиновники были вынуждены срочно обсуждать этот вопрос с американскими коллегами. 31 января министр промышленности страны Ким Чон Кван сообщил, что, по его мнению, ненужные недоразумения были разрешены во время переговоров с министром торговли США Говардом Лутником в Вашингтоне. Он отметил, что ожидается быстрое рассмотрение специального законопроекта, и пояснил американской стороне причины задержки.

Китай как раздражитель

Дональд Трамп не прекращает упреки в адрес своих ближайших торговых партнеров. 24 января он пригрозил ввести пошлину в размере 100% на импорт из Канады, если страна заключит торговое соглашение с Китаем. Трамп резко изменил позицию, озвученную неделей ранее, когда заявлял: если есть возможность заключить сделку с КНР, Карни (канадский премьер-министр) должен это сделать.

16 января Китай и Канада достигли соглашения, которое предусматривает взаимное снижение тарифов на некоторые товары. КНР снизила пошлины на канадскую сельскохозяйственную продукцию, Канада разрешит ввоз 49 тыс. китайских электромобилей по сниженной тарифной ставке.

После угроз Трампа Марк Карни заявил, что страна не намерена заключать соглашение о свободной торговле с Китаем. Он напомнил, что USMCA (или CUSMA) предусматривает обязательство не совершать таких шагов в отношении нерыночных экономик без предварительного информирования других – США и Мексики. Китайские чиновники объяснили, что достигнутые договоренности не направлены против какой-либо третьей стороны.

Отношения с Канадой продолжали ухудшаться. В конце января Трамп заявил, что Вашингтон аннулировал сертификацию всех самолетов, произведенных в Канаде, и пригрозил введением 50-процентных пошлин на них до тех пор, пока Канада не сертифицирует американские бизнес-джеты Gulfstream.

Как отмечает CNN, неясно, обладает ли президент США законными полномочиями на это, поскольку ранее решение оставалось за экспертами по авиационной безопасности Федерального управления гражданской авиации.

Трамп назвал очень опасным шагом ведение бизнеса Великобритании с Китаем. Эти комментарии прозвучали в конце января – после того, как премьер-министр страны Кир Стармер встретился с лидером Китая Си Цзиньпином и добился прогресса в обеспечении более широкого доступа британских компаний на китайские рынки.

Январские визиты британского и канадского премьер-министров в КНР стали первыми подобными поездками за 8 лет.

Вопрос Гренландии

17 января президент США пригрозил ввести дополнительный 10-процентный тариф на импорт из Великобритании, Дании, Финляндии, Франции, Германии, Нидерландов, Норвегии и Швеции и повысить его до 25% с 1 июня из-за их позиции по Гренландии. На следующий день по этому поводу были оперативно организованы европейские переговоры. Блок рассматривал масштабные ответные меры, включая тарифы на сумму €93 млрд в ответ на заявления Трампа. Этот шаг можно реализовать очень быстро, поскольку речь идет о повторной активации мер, приостановленных Евросоюзом после достижения торгового соглашения с Соединенными Штатами в июле 2025 года.

21 января Трамп отступил, отказавшись от идеи введения этих тарифов и объяснив решение достижением «основ будущего соглашения по Гренландии и, фактически, всему Арктическому региону» после встречи с генеральным секретарем НАТО Марком Рютте в Давосе.

Ранее в тот же день Европарламент официально приостановил процесс ратификации торгового соглашения с США в знак протеста против угроз американского президента. Председатель торгового комитета Бернд Ланге отметил, что это не повлияет на обязательство блока приобрести энергоносители на сумму $750 млрд, поскольку вопрос не связан с тарифным соглашением.

В конце января канцлер Германии Фридрих Мерц предостерег администрацию Трампа от того, чтобы ставить под сомнение торговое соглашение между сторонами. По его словам, американская сторона должна быть заинтересована в том, чтобы договоренности не подрывались «ежедневными заявлениями», а ЕС не готов согласиться на ухудшение уже достигнутого.

Эффект ускорения

Непрекращающиеся тарифные угрозы Трампа стали фактором, который ускорил заключение Европой торговых соглашений, подготовка которых длилась десятилетиями. 17 января 2026 года Брюссель подписал соглашение о партнерстве и временное торговое соглашение с южноамериканским Меркосуром (Бразилия, Аргентина, Парагвай, Уругвай) – переговоры вели четверть века. Как отмечалось, этот шаг должен привести к увеличению ежегодного европейского экспорта в страны экономического союза примерно на 39%.

27 января Евросоюз и Индия после почти двух десятилетий завершили переговоры по соглашению о свободной торговле (FTA). Президент Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен назвала его «матерью всех соглашений». Ожидается, что оно удвоит экспорт товаров из ЕС в Индию к 2032 году за счет отмены или снижения тарифов на 96,6% европейских товаров, поступающих на индийский рынок. Евросоюз в течение 7 лет отменит или уменьшит тарифы на 99,5% товаров, импортируемых из Индии, отметили в Министерстве торговли и промышленности страны.

Несмотря на завершение долгосрочных переговоров, на официальное оформление договоренностей в обоих случаях потребуется время. Что касается Меркосура, то 21 января Европарламент проголосовал за оспаривание этого соглашения в Верховном суде блока, что может задержать его на 2 года и даже потенциально сорвать.

Успехов в переговорах с Индией добились и США. 2 февраля Дональд Трамп объявил, что снизит тарифы на индийские товары, в том числе в обмен на обещание прекратить покупать российскую нефть.

Как написал президент США, в разговоре с ним премьер-министр Нарендра Моди согласился заменить импорт сырой нефти из РФ поставками из Венесуэлы и Соединенных Штатов. Трамп заявил, что тариф на индийские товары снизится до 18% по сравнению с 50% – ставкой, в которую входили дополнительные 25%, введенные в августе прошлого года. В посте в Truth Social он назвал это торговым соглашением.

Торговая политика Трампа, которая в основном реализуется по принципу «кнута и пряника», привела к резкому увеличению доходов правительства Соединенных Штатов. В прошлом году США собрали $287 млрд таможенных пошлин, тарифов и налогов, что почти втрое больше, чем в 2024 году. Около трети этой суммы пришлось только на четвертый квартал. Как отмечает The New York Times, большинство экономистов считают, что значительную часть тарифного бремени несут американский бизнес и потребители.

В последние месяцы года администрации Трампа удалось сократить дефицит торгового баланса, что было одной из заявленных тарифных целей. В прошлом году продолжалось сокращение рабочих мест в производственном секторе, который должен был получить выгоду от импортных пошлин, а объемы промпроизводства в стране по итогам года возросли всего на 1% в годовом исчислении.

Согласно анализу ODI Global, американский тарифный режим в сочетании со снижением объемов помощи развития со стороны США и ЕС несет угрозу мировой экономике, подвергая страны с низким и средним уровнем дохода риску экономической нестабильности, прежде всего вследствие сокращения экспортных поступлений. Крупные экономики ищут новые партнерства, чтобы снизить свою зависимость от Соединенных Штатов.