Exclusive НБУ имеет «план Б» на случай нехватки финансовой поддержки международных партнеров

В 2026 году Национальный банк ожидает роста украинского ВВП на 2% г./г., среднегодовая инфляция составит 6,6% г./г.

Следующий год, по прогнозам, будет хуже текущего. НБУ ожидает роста украинской экономики всего на 2%. Ключевыми рисками остаются продолжение войны, обстрелы энергетической инфраструктуры, дефицит кадров, к которым добавилась возможная нехватка финансовой поддержки со стороны международных партнеров. На этот случай Национальный банк Украины имеет запасные планы действий.

GMK Center приводит основные тезисы выступления заместителя главы НБУ Владимира Лепушинского на онлайн-мероприятии «Какой будет экономика Украины в 2026 году? Обзор прогнозов», организованном Центром экономической стратегии совместно с German Economic Team.

Экономические прогнозы

Медианное значение прогнозов роста ВВП в 2026 году от негосударственных аналитиков (2,4%) очень близко к нашим ожиданиям. Мы прогнозируем сдержанный экономический рост в Украине – около 2% на следующий год.

Положительно, что медианное ожидание снижения среднегодовой инфляции от негосударственных аналитиков на следующий год (7%) также близко к нашему прогнозу. Напомню, наш прогноз инфляции на следующий год составляет 6,6%.

Для нас инфляция – это не просто показатель, который мы наблюдаем, а цель монетарной политики. Мы таргетируем только один показатель – инфляцию, а не, например, курс национальной валюты. Целесообразно ли это делать в условиях войны? Да. Что бы ни происходило в экономике, стране, геополитике, на примере последних лет мы видим определенный якорь стабильности.

В нашей стратегии предусмотрено, что на горизонте монетарной политики в течение 3 лет мы должны привести инфляцию к 5%. Это важно как якорь для развития экономики. Для достижения этой цели настроены все наши монетарные инструменты: учетная ставка, валютно-курсовая политика и политика валютных ограничений. Все направлено на то, чтобы, с одной стороны, достигать целевого показателя инфляции, а с другой – не позволять экономике чрезмерно адаптироваться к шокам войны.

Бюджетное финансирование и международная поддержка

В базовом сценарии прогноза по финансированию и бюджетному дефициту медианное ожидание потребности во внешнем финансировании на 2026 год от негосударственных аналитиков ($45,4 млрд) также близко к нашим прогнозным значениям. По нашим оценкам, в следующем году потребуется около $45 млрд для поддержки бюджета.

На данный момент ситуация находится под контролем, Украина имеет определенный запас прочности, в том числе в сфере международных резервов. Наш базовый сценарий предполагает, что международные партнеры продолжат поддерживать Украину. Мы учитываем поддержку не только со стороны Европы, но и других союзников.

В случае сценария, при котором финансовой поддержки международных партнеров окажется недостаточно, конечно, у нас есть «планы Б». У нас их целый ряд. Мы обладаем уникальным опытом их применения, однако это не базовый сценарий. Ситуация может развиваться по-разному, и реакция будет зависеть от конкретных обстоятельств.

Курсовая политика во время войны

Считает ли НБУ свою курсовую политику адекватной военному времени? В нашей политике действительно есть определенная специфика. В Украине существует дисбаланс, прежде всего объективный фискальный дисбаланс, поскольку дефицит бюджета в этом году составляет 25% от ВВП. Характерно, что он в значительной степени финансируется средствами партнеров, то есть валютой.

Валюта поступает в Украину и сразу зачисляется в международные резервы НБУ. Нацбанк обменивает эту валюту правительству на гривну. Гривна поступает на рынок, а валюта – нет. НБУ должен направить ее на рынок, чтобы покрыть структурный профицит валюты в государственном секторе и структурный дефицит валюты в частном секторе.

Для их балансировки Нацбанк покрывает структурный дефицит валюты, оставляя пространство для рыночного формирования курса. Когда структурный дефицит сужается, курс ревальвируется, когда расширяется – девальвируется.

Курс, с одной стороны, гибкий, с другой – мы осознаем свою роль и необходимость перенаправления валюты на рынок, поскольку гривна поступает на валютный рынок из бюджета, а валюта может поступить только из наших международных резервов.

Является ли это дисбалансом? Скорее это выравнивание двух больших дисбалансов: фискального дисбаланса и дефицита валюты в частном секторе. Они напрямую связаны между собой. С помощью курса в этих условиях полностью нивелировать объективные потребности в импорте невозможно.

Существует определенное пространство, когда курс должен реагировать на происходящее в экономике, и он это делает. Однако обеспечить импорт оружия и энергетического оборудования, которые в основном и формируют рост импорта, частный сектор объективно не в состоянии и не должен.

Пока валюта поступает и международные резервы растут, говорить о том, что мы аккумулируем какой-либо дисбаланс, неуместно.