Сталь под давлением: Польша борется за сохранение внутреннего производства

Польша долгое время была признанным промышленным хабом Центральной Европы, а производство стали – одним из фундаментальных секторов ее экономики. В течение десятилетий страна имела мощную металлургию, которая поддерживалась благодаря мощностям металлургических заводов и квалифицированной рабочей силе. Польская сталь была не только символом национальной промышленной мощи, но и важным компонентом региональных цепочек поставок.

Однако в течение последнего десятилетия Польша сократила производство стали на 22,8% – это большее падение, чем то, что зафиксировано в ЕС в целом (-16,6%). В результате все большая доля внутреннего спроса на сталь удовлетворяется за счет импорта. В 2024 г. импорт составлял 84,5% потребления плоского проката и 41,3% – длинного проката.

Стабильно высокая доля импорта, особенно в сегменте плоского проката, указывает на структурный кризис в польской металлургической промышленности. В результате страна переживает глубокий переход от страны-производителя стали к стране-потребителю, которая все больше зависит от иностранных поставщиков. Чтобы понять драйверы этой трансформации, важно исследовать более широкие факторы, формирующие ландшафт польской и европейской металлургической отрасли.

ArcelorMittal Poland

Фактически, Польша стала жертвой корпоративной оптимизации внутри ArcelorMittal, в результате которой производство стали переместилось в другие страны. ArcelorMittal Poland, крупнейший производитель стали в стране, сейчас производит более половины стали в стране. Компания имеет производственные мощности в Домброва-Гурнича, Кракове, Сосновце, Свентохловице, Хожуве и Здзешовице. ArcelorMittal приобрела эти заводы в ходе процесса приватизации. Первые годы владения компанией совпали с бумом на мировом рынке стали (2004-2007), что обеспечило высокие производственные и финансовые показатели. Однако позже условия ухудшились. В 2018-2024 гг. ArcelorMittal Poland сократил производство стали на 28,3%.

Вместо развития местного производства, ArcelorMittal останавливает работу польских мощностей. В частности, в 2020 г. ArcelorMittal закрыла доменное и конвертерное производство на заводе в Кракове, оставив Домброва-Гурничу единственным собственным предприятием полного цикла. В июле 2024 г. группа ArcelorMittal окончательно закрыла коксовую батарею в Кракове, а затем в декабре 2024 г. остановила коксовую батарею № 6 на заводе в Здзешовице.

Компания традиционно называет основными причинами сокращения производства и остановки мощностей плохие рыночные условия, недостаточную защиту от импорта и высокие углеродные затраты. В то же время почти 37% импорта плоского проката в Польшу происходит из Германии, Франции и Бельгии – стран, где ArcelorMittal имеет заводы, специализирующиеся на плоском прокате. Это свидетельствует о том, что ArcelorMittal может поставлять на польский рынок продукцию со своих других европейских предприятий. В таком случае каждое закрытие производственных мощностей в Польше открывает путь для увеличения такого импорта.

Российское влияние

С момента введения санкций Россия стала основной дестабилизирующей силой на европейском рынке стали, и в настоящее время ее действия продолжают давить на цены. В 2021 г. Россия была крупнейшим поставщиком импортного непокрытого плоского проката в Польшу, занимая 20% от общего объема импорта. Запрет на российский прокат, введенный в 2022 г., потенциально мог бы поддержать внутреннее производство, но этого не произошло. ЕС оставил возможности для дальнейшего импорта российских полуфабрикатов, в частности слябов.

Хотя 8-й пакет санкций, принятый в октябре 2022 г., предусматривал полное прекращение импорта российских слябов до 1 октября 2024 г., 12-й пакет, принятый в октябре 2023 г., продлил этот срок. Согласно пересмотренным правилам, импорт российских слябов разрешен до конца сентября 2028 г. в пределах установленных квот. На период с 1 октября 2024 г. по 30 сентября 2025 г. квота установлена на уровне 3,2 млн т. На следующий 12-месячный период она будет сокращена до 3,0 млн т.

В 2024 году ЕС импортировал из России 3,1 млн т слябов, за 5 месяцев 2025 года – 1,5 млн т. Основными импортерами российских слябов являются Бельгия (1,3 млн т в 2024 г.), Италия (0,7 млн т), Чехия (0,5 млн т), Дания (0,5 млн т).

Продолжение этих поставок лоббировали европейские перекатные заводы, бизнес-модели которых базируются на российских слябах. Российские поставщики могут предлагать так называемые «репутационные скидки», поэтому их официальные ценовые предложения обычно на $20-30/т ниже, чем другие предложения. Однако фактическая разница в ценах может быть еще больше. Импорт российских слябов дает покупателям ценовое преимущество. Имея трудности со сбытом готовой продукции, они могут еще больше снижать цены, еще больше ухудшая финансовое положение производителей стали по всей Европе, и Польша не является исключением.

После остановки сталеплавильных мощностей завод в Кракове работал на слябах, поставляемых из Домброва-Гурничи. Однако такая бизнес-модель, очевидно, проигрывает как европейским металлургическим комбинатам, так и перекатным заводам, работающим на российских слябах. В целом, импорт слябов из России подрывает конкурентоспособность европейских производителей стали, нанося ущерб местному производству.

Фактор Индонезии

Текущие вызовы, с которыми сталкивается польский рынок стали, не связаны с резким ростом объемов импорта. Согласно данным UN Comtrade, в течение 5 месяцев 2025 г. импорт плоского проката вырос всего на 1,0% в годовом исчислении, тогда как импорт длинного проката снизился на 0,9%. Иными словами, уровень импорта остался в целом стабильным.

Настоящей проблемой является дешевый азиатский импорт, который заставляет других поставщиков также снижать свои цены, чтобы оставаться конкурентоспособными. В этом контексте Индонезия стала самой большой проблемой для европейского рынка. Как развивающаяся страна, Индонезия освобождена от защитных мер ЕС в отношении стали. Это позволяет индонезийским производителям экспортировать стальную продукцию в ЕС без ограничений.

Индонезийские поставщики приняли достаточно агрессивную ценовую стратегию: их предложения по г/к рулонам на €20-25 /т ниже турецких предложений и на €25-30/т ниже индийских. Как результат, Индонезия является самым конкурентным источником г/к рулонов для европейских потребителей. Резкое снижение цен на эту продукцию в течение мая-июня 2025 г. было в значительной степени обусловлено действиями именно индонезийских поставщиков.

Хотя импорт г/к рулонов из Индонезии в Польшу вырос всего на 3,2% в годовом исчислении за 5 месяцев 2025 г., общий объем поставок таких поставок в ЕС вырос более чем вдвое. Этот дешевый импорт оказывает давление на европейский рынок г/к рулонов, подрывая ценообразование, уменьшая маржу местных производителей и ограничивая их способность увеличивать производство. Польские производители стали также ощущают эти последствия, поскольку не могут быть изолированными от европейских рыночных условий.

«Зеленая» политика

Польша также сталкивается с одними из самых высоких цен на электроэнергию в ЕС, что приводит к стагнации местной металлургической промышленности. В результате внутреннее производство все больше замещается импортом из других стран-членов ЕС. Согласно данным за 5 месяцев 2025 г., поставки из других стран ЕС составляли 77% импорта длинного проката в Польшу и 75% импорта плоского проката.

В 2024 г. средняя цена на рынке на сутки вперед в Польше составляла €96/МВт-ч, а по состоянию на начало августа 2025 г. – около €80/МВт-ч. Такая ситуация в значительной степени обусловлена производством электроэнергии с использованием ископаемого топлива, что накладывается на «зеленую» политику в ЕС, которая, наоборот, побуждает государства-члены к постепенному отказу от углеродоемких источников энергии.

В Польше 55% электроэнергии производится из угля. Общая доля ископаемого топлива в генерации электроэнергии достигает 69%. При таких условиях быстрый отказ от ископаемого топлива является нереалистичным. Однако рост цен на CO₂ в ЕС уже оказывает финансовое давление на производителей электроэнергии, увеличивая их углеродные расходы. Поскольку сектор электроэнергетики не получает бесплатных квот на выбросы углерода, высокие цены на CO₂ непосредственно приводят к росту цен на электроэнергию.

Высокие цены на электроэнергию делают производство стали в электродуговых печах неконкурентоспособным. В прошлом году в Польше мощности электродуговых печей использовались лишь на 58%, тогда как мощности доменно-конвертерного производства – на 77%. Хотя развитие электродуговых мощностей может стать основой для декарбонизации металлургической промышленности Польши, высокая стоимость электроэнергии является основным препятствием. Согласно прогнозам Reuters, цены на электроэнергию в Польше будут оставаться высокими, достигнув €107/МВт-ч в 2035 г., что в дальнейшем будет наносить ущерб польской экономике.

Выводы

Растущая зависимость Польши от импорта стали отражает глубоко укоренившиеся структурные проблемы, которые подрывают конкурентоспособность ее металлургического сектора и, в более широком смысле, экономики страны. Высокие энергетические затраты, ограниченная модернизация и постоянный приток более дешевых импортных поставок постепенно ослабляют местное производство. Текущие рыночные условия, такие как агрессивное ценообразование со стороны поставщиков из-за пределов ЕС, лазейки в защитных мерах в отношении стали и постоянные поставки российских стальных полуфабрикатов, оказывают дополнительное давление на рынок.

Поскольку основные проблемы являются системными, чтобы обеспечить будущее польской металлургической промышленности, требуется реализация долгосрочных стратегий как на корпоративном, так и на правительственном уровнях. Необходимо восстановить конкурентоспособность и усилить устойчивость сектора к внешним потрясениям. Без таких мер польская металлургическая промышленность и в дальнейшем будет терять позиции на рынке.