British Steel: борьба за последние доменные печи

Европейская металлургия сейчас переживает очередной кризис. Снижение спроса на сталь, торговые войны, геополитическая напряженность приводят к сокращению производства, корректировке инвестиционных программ, в том числе по проектам декарбонизации.

Еще одним «трендом» последнего времени стало вмешательство национальных правительств в ситуации с проблемными сталелитейными активами, которые принадлежат или принадлежали разным крупным металлургическим группам. В основном речь идет о меткомбинатах с богатой историей и своеобразных «символах».

План спасения

Самым ярким примером таких вмешательств, пожалуй, являются европейские активы Liberty Steel (Румыния, Венгрия, Польша, Чехия, Бельгия и Люксембург). Итальянское правительство сейчас ищет нового инвестора для Acciaierie d’Italia (ADI) – бывшей Ilva. Во Франции идут жаркие дебаты о национализации активов ArcelorMittal France. Недавно нижняя палата парламента в первом чтении одобрила соответствующий законопроект, предложенный партией LFI.

За свою сталелитейную промышленность борется и Великобритания. В апреле текущего года парламент страны на экстренном заседании принял чрезвычайный законопроект, чтобы предоставить правительству контроль над металлургической компанией British Steel. Ранее – в марте – китайский владелец Jingye Group отклонил предложение о государственном пакете поддержки для экологического перехода в размере £500 млн ($644 млн).

Группа вела переговоры с британскими властями с 2023 года, однако, по оценкам представителей правительства, запрашивала чрезмерную сумму. По сообщениям прессы, Jingye просила государственные инвестиции как минимум в £1 млрд – вдвое больше, чем поддержка для Tata Steel, одобренная в прошлом году.

От Greybull к Jingye

Новейшая история British Steel – это смена собственников, стремительный и драматичный кризис в 2019 году, а также дальнейшие споры о стоимости декарбонизации и целесообразности закрытия доменных печей уже при китайском владении компанией.

В 2016 году Tata Steel продала убыточную часть своего британского бизнеса по производству длинного проката (транспортные рельсы, стальные профили для строительства). Эти активы за символический £1 приобрела инвестиционная фирма Greybull Capital – частное и довольно экстравагантное акционерное общество, специализировавшееся на покупке проблемных активов. Новый владелец возродил исторический бренд British Steel, сделка также сопровождалась обещанием инвестировать в бизнес £400 млн.

В 2017 и 2018 годах Greybull удалось вернуть British Steel к прибыльности. Однако уже в 2019 году все изменилось.

В начале мая 2019-го британское правительство объявило о предоставлении British Steel кредита в размере £120 млн, чтобы компания могла осуществлять платежи по европейской ETS, что стало необычным государственным вмешательством. В противном случае второму по величине производителю стали в стране грозил штраф от Брюсселя в размере £500 млн. Ситуация была вызвана задержкой Brexit, что привело к дефициту углеродных кредитов у компании.

В том же месяце Greybull попросил у правительства заем в размере £75 млн, но позднее уменьшил сумму до £30 млн, чтобы удержать сталелитейную компанию на плаву – она стремительно теряла поддержку своих акционеров. Тем не менее последние и британские власти не стали спасать ситуацию. 22 мая 2019 года было принято судебное решение о принудительной ликвидации British Steel Limited, ее передали под контроль правительственной службы по вопросам неплатежеспособности.

На следующий год определенные части бизнеса и активов British Steel были проданы китайской компании Jingye. Сделка включала металлургический завод в Сканторпе, предприятия в Тиссайде и Скиннингроуве, а также бизнес TSP Engineering, базирующийся в Камбрии.

Новый китайский владелец пообещал инвестировать около £1,2 млрд в течение последующих 10 лет в модернизацию заводов и оборудования.

Позднее китайская компания заявляла, что с момента приобретения British Steel вложила такую сумму в поддержку деятельности британских активов. Однако, по данным британских СМИ, часть средств была предоставлена в виде займов, по которым начислялись проценты, возвращавшиеся материнской компании.

Согласно финансовой отчетности British Steel, обнародованной в сентябре 2024 года, в 2022 году убытки компании до налогообложения увеличились в восемь раз, £408,4 млн по сравнению с £49,5 млн в 2021 году. Также подчеркивалось, что убытки сохранились в 2023 и 2024 годах.

Поиски решения

Экстренный законопроект, принятый парламентом весной 2025 года, дал британскому правительству возможность управлять персоналом и операциями British Steel, а также заказывать сырье для продолжения производства в Сканторпе, где расположены последние в стране доменные печи, производящие сталь из первичного сырья.

Стремление сохранить эти домны и стало причиной такого шага. Jingye заявляла о намерении их закрыть, мотивируя это тем, что они больше не являются финансово устойчивыми и ссылаясь на сложные рыночные условия, тарифы и издержки на декарбонизацию. В конце марта 2025 года компания объявила, что завод теряет примерно £700 тыс. в день, и начала консультации по его закрытию.

Закон не предусматривал полной национализации British Steel. Однако весной представители правительства признавали, что это может стать следующей опцией.

По состоянию на середину ноября 2025 года правительство потратило на поддержание деятельности компании около £274 млн. Министр промышленности Великобритании Крис Макдональд в своем заявлении отметил, что власти продолжают работу с Jingye по поиску реалистичного решения относительно будущего British Steel – китайская компания технически по-прежнему остается владельцем активов.

В последнее время British Steel получила несколько крупных экспортных заказов в железнодорожном секторе. Один из них – австралийский на поставку 20 тыс. шпал для Arc Infrastructure, обслуживающей 5500 км железнодорожной сети в Западной Австралии.

В ноябре премьер-министр Кир Стармер также объявил о крупном контракте на строительство высокоскоростной железнодорожной сети в Турции. Согласно нему British Steel поставит железнодорожную продукцию на сумму £35 млн для проекта, который соединяет турецкий Мерсин с городами Адан, Османие и Газиантеп. Это дополняет аналогичное соглашение, о котором компания объявила в 2024 году.

Кроме того, в конце ноября британская металлургическая компания подписала меморандум о взаимопонимании с Hitech Construction Africa относительно проекта портовой инфраструктуры в Нигерии.

British Steel поставляет до 95% рельсов для британской железнодорожной сети, а также производит катанку, секции, специальные профили и полуфабрикаты. Главный объект компании в Сканторпе оснащен четырьмя доменными печами, однако в эксплуатации осталось только две. Его годовая мощность по выплавке стали и производству чугуна по состоянию на 2023 год составляла 3,2 млн т и 3 млн т соответственно.

Проблемный сектор

По данным UK Steel, британские металлурги выплавляют 5,6 млн т стали в год, что эквивалентно 70% годовой потребности страны. Отрасль переживает сложные времена, сталкиваясь с более высокими ценами на электроэнергию, чем у европейских конкурентов, избытком предложения на глобальном рынке и другими трудностями.

Также она пострадала от американских тарифов, хотя эти пошлины для британцев ниже, чем для других стран-экспортеров, и составляют 25% в рамках соглашения между сторонами. В сентябре 2025 года британское правительство отложило переговоры с США о нулевой тарифной ставке на экспорт своей металлопродукции в рамках определенных квот, сосредоточившись на ее сохранении на текущем уровне.

В настоящее время британское правительство оказывает финансовое влияние на всех трех крупнейших производителей стали страны. Помимо British Steel, речь идет о поддержке Tata Steel и ситуации со Specialty Steels UK (SSUK), ранее входившей в состав Liberty Steel, а теперь находящейся под контролем официального управляющего.

В стране ведется работа над новой стратегией для сталелитейной промышленности. Ожидается, что ее опубликуют в декабре или в начале 2026 года. Британские власти надеются найти частного покупателя для British Steel и стремятся привлечь банкиров к процессу продажи. Также существует отдельная точка зрения относительно целесообразности объединения производителя стали с другими предприятиями сектора, в частности Sheffield Forgemasters (компания тяжелого машиностроения), которая также находится под контролем правительства.