Как реформировать углеродный налог

Подробнее ознакомиться с исследованием GMK Center «Углеродное ценообразование и финансирование декарбонизации в Украине и ЕС» можно по ссылке.

Как стимулировать декарбонизацию в Украине? Стандартный рецепт от «экспертов» различных грантовых проектов — повысить цену на выбросы. Почему? Потому что цена выбросов в Украине занижена по сравнению с ценой в ЕС. На мой взгляд, это пагубное упрощение и путь к экономическому упадку. И ниже я объясню, почему.

Во-первых, прямое сравнение цен на выбросы на европейском рынке и рынке Украины некорректно. Даже при текущем уровне налога на CO2 в Украине украинский производитель может платить за выбросы больше, чем некоторые европейские конкуренты. Как бы странно это ни казалось, но это — факт.

Европейские предприятия платят не всю стоимость углеродных выбросов, а только ту часть, которая не покрывается бесплатными квотами. Бесплатные квоты предоставляются на календарный год, исходя из отраслевых бенчмарков и исторических объемов производства. Необходимость покупать квоты в среднем по цементной отрасли составляет лишь 5,2% от общих выбросов, в химической — 18,0%.

Для ряда отраслей базово высокие исторические объемы производства обеспечили избыточные бесплатные квоты, то есть когда объем бесплатных квот превышает фактический объем выбросов. Такая тенденция была массовой до начала Фазы 4 (2021–2030 гг.) и сохраняется для отдельных предприятий и сегодня.

В металлургической отрасли суммарный уровень покрытия выбросов бесплатными квотами составил 103% в 2024 г. Это означает, что некоторые предприятия не только ничего не платили за выбросы, а наоборот — имели возможность продать избыточные квоты и получить за счет этого дополнительный доход.

Во-вторых. В ЕС система торговли квотами (EU ETS) выполняет функцию аккумуляции ресурсов для финансирования проектов декарбонизации. Доходы от продажи квот в ЕС, которые получают страны-члены, имеют целевое назначение — климатические проекты. Также часть доходов направляется в три специальных фонда, которые финансируют проекты «зеленого» перехода. Это дополнительно к семи другим фондам с общим бюджетом €424 млрд на 2021–2027 гг.

То есть EU ETS подает сигнал экономическим агентам, усиливает стимул к декарбонизации, тогда как фонды вне этой системы снижают барьеры для инвестиций и издержки, связанные с «зеленым» переходом.

В то же время в Украине налог на выбросы — это исключительно фискальный инструмент, который вымывает финансовые ресурсы бизнеса, уменьшая возможности для декарбонизации. Поэтому я уверен, что платежи за выбросы в Украине также должны быть целевыми — направленными на финансирование проектов декарбонизации.

Украине необходимо €102 млрд инвестиций до 2030 г. для реализации целей НВВ. Но очевидно, что наша страна не располагает такими ресурсами. Даже при повышении углеродного налога до €10/т потребуется 88 лет, чтобы инструменты финансирования смогли покрыть хотя бы 50% от инвестиционных потребностей до 2030 г. Поэтому доступ к европейским фондам финансирования декарбонизации критически важен для успешной декарбонизации. Почему именно об этом нет публичной дискуссии? Неясно!

По-третьих. Высокая цена выбросов — это не единственное условие для декарбонизации. Помимо системы финансирования декарбонизации, необходимы рыночные условия, при которых бизнес сможет рассчитывать на окупаемость своих инвестиций. Это, в частности, отсутствие ограничений на движение капитала, защита рынка от импорта и carbon leakage, готовность рынков и достаточный спрос на «зеленую» продукцию и т. д.

Для успешной декарбонизации также требуется принципиально иной подход к регулированию. Это мы сейчас видим на примере Европейского Союза, где объектами реформ становятся подходы к рыночному регулированию. Это стало необходимым после задержки и остановки многих проектов декарбонизации, даже при наличии широких возможностей привлечения капитала и участии государства в финансировании таких проектов.

Несомненно, для успешной декарбонизации Украине необходим новый дизайн системы углеродного ценообразования. Какой формат она должна иметь? Обычно это система торговли квотами (СТВ), так как это было условием Соглашения об ассоциации Украины и ЕС. Система должна иметь параметры, приближенные к системе EU ETS, поскольку в будущем стоит предусмотреть присоединение украинской системы к европейской.

Вместе с тем, украинская СТВ должна учитывать специфику Украины, а именно:

1. Основная задача — адаптация украинского бизнеса к присоединению к европейской системе в будущем.
2. Постепенное внедрение и повышение цены, предотвращение чрезмерного финансового давления на бизнес.
3. Введение украинского CBAM, возмещение углеродных платежей для экспорта, компенсации косвенных расходов на выбросы по примеру ЕС.
4. Отмена углеродного налога для отраслей, которые войдут в украинскую систему торговли квотами.
5. Целевое использование доходов на проекты декарбонизации, поскольку вопрос углеродного ценообразования неотделим от вопроса системы углеродных финансов.

Украине следует двигаться в одном фарватере с ЕС для достижения тех же результатов, которых достигли европейские страны, но своим путем и используя лучший европейский опыт.