Центробанку нужна политика поддержки экономического роста

По итогам апреля 2020 падение промышленного производства составило 16,7% к апрелю прошлого года. Среди стран Восточной Европы, обнародовавших данные за апрель, это пока самый низкий показатель: в Беларуси промышленное производство в апреле сократилось на 7%, в России – на 6,6%, а в Казахстане зафиксирован рост на 6,2%.

Если в большинстве других стран мира падение промышленности началось лишь с марта, то в Украине – продолжается уже седьмой месяц подряд.

Кризис коронавируса только ускорил падение, однако тренд активной деиндустрализации экономики берет свое начало еще с конца 2018 года и был спровоцирован неадекватно жесткой монетарной политикой.

Сокращение и примитивизация промышленного производства приобрело такие масштабы, что в мае вызвало необходимость снижения производства в энергогенерирующих компаниях. Примечательным является то, что темпы падения объемов производства в машиностроении, как и инвестиций в эту отрасль, одни из самых низких.

Политика монетарного регулирования, которая проводилась НБУ в течение последних двух лет, породила многочисленные проблемы и дисбалансы в реальном секторе экономики, среди которых: декредитование, демонетизация, детехнологизация, безработица, трудовая миграция.

Экзальтированное желание Правления НБУ достичь целевой инфляции даже ценой сознательного торможения экономического роста создало рекордно жесткие монетарные условия для реальных производителей как по каналу процентной ставки, так и по каналу обменного курса. Дороговизна кредитных ресурсов в условиях отсутствия фондового рынка критически ограничила возможности развития производства, а нынешний кризис еще и дополнительно ограничил спрос, в частности на промышленную продукцию.

Номинальная ставка кредитования промышленности даже после сокращения учетной ставки НБУ составляет 16% годовых, а если учесть тот факт, что в промышленности продолжается падение цен (в годовом измерении на 5,6% за четыре месяца текущего года), то получаем, что реальная ставка по новым кредитам для промышленных предприятий превышает 20% годовых. В то время как, например, в Грузии номинальная ставка по новым кредитам промышленности составляет 11,5% (при инфляции в 6,9%), в Беларуси – 11% (при инфляции 5,4%) и т.д.

Приоритеты банковской деятельности, естественно, отмежевались от ненадежного и громоздкого кредитования реальной экономики и сосредоточились на вложении средств в низкорисковые и высокодоходные долговые ценные бумаги государства или же просто в депозитные сертификаты НБУ.

Действительно, слова Президента Украины Владимира Зеленского о том, что «Индустриальная слава Украины становится воспоминаниями и мы рискуем, что о нашем промышленном потенциале скоро будут говорить «это было давно и неправда», уже становятся пророческими.

В нынешних условиях нужна активная и даже агрессивная политика центрального банка, направленная на поддержку экономического роста. Принимая во внимание современный мировой опыт как развитых, так и развивающихся стран, для Украины сейчас актуальны такие изменения в дизайне монетарной политики:

• снижение ключевой процентной ставки центрального банка;
• расширение числа целевых показателей деятельности центрального банка за счет индикаторов экономического роста, кредитование, занятости и т.д.;
• развитие инструментов долгосрочного рефинансирования инвестиционных проектов по льготным ставкам;
• смягчение регулятивных требований к оценке кредитных рисков по активным операциям банков.

Оригинал доступен по ссылке. Материал публикуется с согласия автора.