Мы все видим огромные риски внедрения Carbon Вorder Аdjustment Мechanism (СВАМ) для украинской экономики. Кроме прямых потерь, есть и риски хронического недофинансирования. В течение следующих 10 лет на украинские предприятия будет возложена колоссальная финансовая нагрузка в связи с выполнением европейских экологических директив, внедрением НДТМ (наилучших доступных технологий и методов управления), амбициозными целями Второго национально определенного вклада (НОВ-2), ответственностью производителя в рамках сферы обращения с отходами. Для выполнения этих требований металлургам потребуется $5-10 млрд. Это кроме капитальных расходов на поддержание и проекты развития.

В итоге совокупность новых экологических вызовов угрожает проигрышем конкуренции металлургическим компаниям из других стран, а невозможность выполнить требования НДТМ в полном объеме и в срок приведет к остановке и закрытию предприятий.

Очевидно, что введение СВАМ увеличит конкурентоспособность европейских производителей. Ассоциация EUROFER еще три года назад заявляла, что европейские сталепроизводители находятся в неконкурентной позиции из-за того, что импортеры несут меньшие экологические затраты. Даже если это так, европейские компании имеют свои конкурентные преимущества. Например, доступ к дешевому финансированию и госсубсидиям, к защищенному внутреннему рынку и т.д. Поэтому одна рыночная несправедливость в полной мере уравновешивается другими несправедливостями. Поэтому нужно смотреть на весь комплекс вопросов, а не только на экологические платежи.

При этом существующий дисбаланс нам никто не компенсирует. Никто не даст доступ нашим предприятиям к дешевому финансированию, фондам и субсидиям ЕС. Украина попадает в ситуацию «меж двух огней»: мы остаемся с нашими существующими проблемами, а с нас еще и снимут дополнительные деньги.

Крайне важно, чтобы взятые Украиной экологические обязательства были реалистичными. Сейчас Минэкологии разослало на согласование органам исполнительной власти проект НОВ-2. Этот проект крайне амбициозный, фактически, он даже не сверхоптимистический, а фантастический. Поэтому я хотел бы обратиться к представителям власти и народным депутатам, чтобы документ отправили на доработку.

Сначала нужно построить экономическую модель, верифицировать ее с бизнесом и потом уже писать проект. Европа хочет, чтобы документ был принят до 31 июля, но на самом деле срок может быть продлен до 31 октября. Поэтому у нас еще есть время. И не обязательно бежать впереди паровоза, как у нас часто любят делать чиновники. А лучше сделать продуманно, с учетом реального положения вещей и возможностей промышленности.

Почему это важно? Во-первых, для того, чтобы сохранить аргументы в переговорах с Европой. Если у нас будет действовать нормальный механизм торговли выбросами, это, наверное, будет для европейцев одним из аргументов, что мы движемся в правильном направлении, что у нас есть методы стимулировать предприятия вкладываться в энергоэффективность и сокращать свои выбросы СО2. Этот механизм намного более гибкий и эффективный, чем система взимания налогов с выбросов СО2.

Во-вторых, когда в Украине будет внедрен механизм торговли выбросами, нужно чтобы у наших предприятий оставалась возможность получать квоты на выбросы бесплатно по общей квоте нашей страны. Ведь в Европе более 90% выбросов покрываются бесплатными квотами.

Важно напомнить ЕС, на сколько Украина уже сократила выбросы по сравнению с 1990 годом. То есть Украина уже сделала огромный вклад в глобальную декарбонизацию ценой нашей разрушенной промышленности.

Более того, каждый доллар, который вложен в экомодернизацию в Украине сокращает выбросы СО2 в разы больше, чем такие же инвестиции, вложенные в Европе. Потому что они уже прошли очень большой путь в этом направлении. Поэтому, если европейцы действительно беспокоятся о том, чтобы сделать Европу нейтральной по выбросам СО2 к 2050 году, они должны рассматривать Украину как часть Европы. Конечно, если СВАМ – это действительно вопрос климата, как заявляют в Евросоюзе, а не торговых ограничений.

Введение СВАМ нанесет большой удар по глобальной экономике. Возможно, европейцы найдут аргументы, которые покажут, что СВАМ не противоречит правилам или «букве закона» ВТО, но духу свободной торговли это, естественно, будет противоречить.

Запуск Европой «углеродного налога» вызовет цепную реакцию в мировой торговле. Другие страны также будут вынуждены вводить ответные торговые меры и механизмы. Это реальные настроения, которые я видел на недавней встрече в рамках Worldsteel c отраслевыми ассоциациями разных стран.

Это может ударить по всей мировой торговле и прежде всего по Украине. Потому что в рамках СВАМ мы зависим от торговли с ЕС значительно сильнее других стран. Цена вопроса для нас выше, поэтому мотивация у Украины при отстаивании своих интересов и разработке корректного механизма СВАМ должна быть сильнее.

Даже если всё пойдет лучше, чем можно сейчас ожидать (если негативные последствия будут меньше, чем ожидается), внедрение СВАМ увеличит конкуренцию на всех других рынках. Вся продукция, которая будет вытеснена из Европы, уйдет на те рынки, на которых мы сейчас конкурируем.

Пока мы все ждем июня, когда будет озвучен выработанный механизм СВАМ, чтобы понять, как он будет применятся к Украине. Однако безотносительно того факта, что мы сейчас не знаем, какой будет модель внедрения СВАМ, его запуск может по всем аспектам ухудшить позиции нашей металлургии в мире. И уже сейчас нужно продумывать возможные компенсаторные механизмы для поддержки работы наших метпредприятий.

Европейский Союз рассматривает Carbon Border Adjustment Мechanism (СВАМ) как специальный фискальный инструмент, который заставит производителей импортной продукции платить такую же цену за выбросы СО2, какую платят европейские производители. Соответственно, цель СВАМ – включить в себестоимость импортных товаров те расходы, которые возникли бы, если бы производство этих товаров находилось под таким же режимом регулирования парниковых выбросов, как в ЕС.

Вопрос СВАМ очень острый для Украины, поскольку ЕС – наш основной торговый партнер. При этом в результате выбора Украиной курса на европейскую интеграцию за последние 5-6 лет роль ЕС как торгового партнера значительно усилилась. Доля экспорта Украины в ЕС выросла с 34,1% в 2015 году до 41,5% в 2019 году. Дело дошло до того, что, например, отечественные металлурги продают на рынок ЕС больше, чем на внутренний рынок Украины.

Разумеется, усиление экономических связей можно расценивать как положительный фактор. Однако есть и обратная сторона медали. Чрезмерная зависимость Украины от рынка ЕС может в итоге стать губительной для отечественной экономики. Треть украинского экспорта в ЕС – углеродоемкая продукция, которая потенциально подпадает под действие СВАМ. Это изделия из черных металлов, удобрения и другая химическая продукция, а также электроэнергия. Введение СВАМ будет означать снижение конкурентоспособности украинского экспорта, убытки для отечественной экономики, разрыв производственных цепочек между европейскими и украинскими предприятиями. То есть Украина сильнее других стран пострадает от введения СВАМ, и произойдет это в результате наших тесных и партнерских отношений с ЕС.

Со своей стороны, Евросоюз за счет СВАМ рассчитывает достичь следующих целей.

Снизить риск «утечки углерода» (carbon leakage)

Carbon leakage – увеличение выбросов парниковых газов за пределами страны, которое возникает за счет перенесения производства за границу из-за различий в экологической политике разных стран. То есть промышленное производство будет сокращаться в странах с жесткой экологической политикой и расти в странах с мягкой политикой. СВАМ имеет целью препятствовать этому процессу.

Ликвидировать отличия климатических амбиций между странами

В рамках Парижского соглашения по борьбе с изменением климата страны самостоятельно определяют свою цель по сокращению выбросов СО2. Например, ЕС собирается стать углеродно нейтральным до 2050 года. Цели многих стран – торговых партнеров менее амбициозны.

Устранить асимметричность климатической политики разных стран

Борьба с изменением климата является глобальной задачей. Достичь глобальных целей можно только глобальными усилиями. В ЕС действует система торговли парниковыми квотами EU ETS. Цены квот растут с каждым годом. Но не все страны – торговые партнеры облагают налогом выбросы СО2. Кроме того, ставки имеющихся налогов на СО2 ниже, чем в ЕС. Об углеродной нейтральности экономик торговые партнеры начали задумываться только после того, как ЕС объявил свои планы по внедрению СВАМ.

Украина, подписав Соглашение об ассоциации с Евросоюзом, стала частью европейского пространства и взяла на себя обязательства по имплементации европейских экологических директив. Украина разработала свою стратегию по декарбонизации экономики и выразила готовность присоединиться к European Green Deal. Украина в сфере сокращения выбросов парниковых газов движется в одном направлении с Евросоюзом, поэтому введение СВАМ по отношению к украинскому экспорту выглядит необоснованно и разрушительно для двухсторонних экономических отношений.

Более того, СВАМ – это очень противоречивый инструмент по своему воздействию. ЕС рассчитывает, что СВАМ позволит выровнять «правила игры» в плане экологической политики в Евросоюзе и странах-партнерах. Для украинских производителей СВАМ будет означать рост расходов, а правила игры не будут равными, поскольку возможности Украины по государственному стимулированию декарбонизации, а также возможности бизнеса по привлечению финансирования значительно меньше, чем в ЕС.

Евросоюз намерен за счет СВАМ поддержать конкурентоспособность местных производителей. В этом плане СВАМ выступает в качестве очередного торгового ограничения для украинского экспорта в ЕС.

СВАМ станет дополнительным источником пополнения бюджета ЕС. Однако украинские производители не будут иметь доступа к фондам, в которых ЕС будет аккумулировать средства от СВАМ. Фактически, за счет средств украинских предприятий европейские производители будут модернизировать собственные мощности.

Введение СВАМ создаст условия для появления рынка низкоуглеродных товаров в ЕС. Однако украинские производители не смогут на него выйти, поскольку не будут иметь такой же поддержки декарбонизации, как в ЕС.

Евросоюз рассчитывает за счет СВАМ стимулировать активную декарбонизацию за своими пределами и способствовать глобальному сокращению выбросов СО2. Однако СВАМ приведет к уменьшению инвестиционного ресурса украинских производителей, что в свою очередь будет тормозить процесс декарбонизации в Украине.

СВAM будет иметь негативные последствия для экономики Украины. Например, только в металлургической отрасли они могут означать потерю до 0,5% ВВП. Это и снижение объемов экспорта, и сокращение инвестиционного ресурса. Кроме того, существуют риски более значительных потерь в долгосрочной перспективе, на данный момент их невозможно определить. Если СВAM будет применяться к Украине на общих основаниях, это будет тормозить декарбонизацию в Украине. СВАМ к Украине применяться не должен, так как мы уже приняли на себя цели European Green Deal. Исключение Украины из-под действия СВАМ – наоборот, будет стимулом для украинской экономики.

Оригинал материала опубликован здесь.

Смена технологий – традиционный для металлургии процесс, который длится десятилетия. При этом каждая новая технология становится более эффективной, чем предыдущая. Массовое производство стали стартовало в середине ХІХ века на основе бессемеровского процесса. В начале ХХ века производство стали резко возросло благодаря строительству мартеновских печей. После Второй мировой войны начали внедрять кислородные конвертеры и электродуговые печи, которые постепенно вытесняли конвертеры Бессемера – Томаса и мартены.

Распространение конвертеров и электродуговых печей сделало производство стали более экологичным, чем прежде. Спрос на экологичное производство особенно вырос в последние годы. Появилось множество пилотных проектов и стартапов, развивающих безуглеродные технологии производства стали. Однако переход на эти технологии займет длительный промежуток времени. По самым оптимистичным оценкам, они будут готовы к промышленному внедрению только в 2030-2040 гг., а еще следует заложить время на перестройку существующих мощностей (тоже длительный процесс, который не произойдет за пару лет).

Следует отметить, что смена технологий, происходившая ранее, была обусловлена экономическими факторами. Новые технологии позволяли производить сталь дешевле и улучшать качество продукта. Теперь же за стимулированием смены технологий стоит государство с целями по снижению выбросов. Одним из инструментов этих изменений является СВАМ (carbon border adjustment мechanism), который должен быть внедрен в 2023 году.

По своей природе СВАМ дискриминирует кислородно-конвертерную технологию, которая использует в качестве основного сырья для производства чугуна и стали железорудное сырье. С помощью этой технологии в Украине производится 70% стали, а если сюда добавить мартеновскую – то получится около 95%. Прямые выбросы СО2 от кислородных конвертеров почти в 5 раз выше, чем от электродуговых печей (в пересчете на тонну стали).

В то же время кислородно-конвертерная технология внедрялась исходя из рыночных факторов, главным из которых является доступ к сырью. В частности, в Украине, где имеются значительные запасы железных руд. Железная руда – важный фактор конкурентоспособности и преимущество украинской металлургии. Хотя в будущем доминирующую роль в мире будет играть лом как основное сырье для металлургов. И к этой долгосрочной тенденции нужно готовиться. Этот переход будет крайне болезненным для украинской металлургии.

С другой стороны, в мировом масштабе генерируется недостаточно лома, чтобы за счет его переработки полностью обеспечить мировой спрос на стальные продукты. Соответственно, невозможно отказаться от производства стали из железной руды.

Потенциально можно производить из железной руды продукты, которые затем будут использоваться в электродуговых печах (например, горячебрикетированное железо). Однако, как говорилось выше, смена технологий – длительный процесс. Металлургия – капиталоемкая отрасль с большим горизонтом инвестирования. СВАМ сам по себе не сможет значительно ускорить модернизацию существующих и строительство новых производственных мощностей.

Нужно признать, что украинские компании, по объективным причинам, не могут самостоятельно разрабатывать новые технологии производства стали. Поэтому полноценная декарбонизация украинской металлургии сможет начаться тогда, когда на рынке появятся уже готовые к внедрению безуглеродные технологии. При этом Украина обладает всеми возможностями для производства водорода в будущем и использовать существующую ГТС для поставок водорода в Европу.

В краткосрочной перспективе украинские компании могут снизить выбросы СО2 за счет повышения операционной эффективности, в частности энергоэффективности. Этот фактор уже позволил европейским компаниям минимизировать выбросы СО2. Однако эти резервы операционной эффективности были задействованы благодаря системной экологической политике Евросоюза: введению Европейской системы торговли парниковыми квотами (EU ETS) и государственной поддержке экологических проектов предприятий.

Европейская система торговли парниковыми квотами была введена в 2005 году. Ее первая фаза продлилась до 2007 года. В течение первой фазы практические все квоты были выданы бесплатно. В течение второй фазы (2008-2012 гг.) доля бесплатных квот снизилась до 90%. Только в третьей фазе (2013-2020 гг.) основным методом распределения стала продажа квот на аукционе.

Параллельно Евросоюз поддерживал декарбонизацию местных производителей. В частности, через программу Horizon Europe выделялось финансирование на проекты R&D. В действующей системе EU ETS часть доходов от продажи квот на протяжении 2013-2020 гг. направляли на финансирование крупных демонстрационных проектов в сферах улавливания и хранения углерода, а также инновационных технологий возобновляемой энергетики. В рамках новой фазы EU ETS (2021-2030 гг.) предполагается создание двух новых фондов – Фонда модернизации и Фонда инноваций, – которые будут поддерживать проекты по повышению энергоэффективности и внедрению новых технологий. European Green Deal включает инструменты, которые позволят привлечь в декарбонизацию €1 трлн инвестиций.

Украинские металлургические компании, в отличие от европейских, не имели доступа к источникам экологического финансирования. Но такие проблемы не только в Украине. Одна из целей СВАМ – синхронизация экологических политик разных стран. Если развивающиеся страны отставали от ЕС в плане жесткости целей и стандартов, соответственно, они уступают и в экологических стимулах. Поэтому СВАМ не сможет создать «равные правила игры» – он еще больше усугубит разрыв между европейскими и украинскими компаниями, и в будущем этот разрыв будет увеличиваться, если другие страны не смогут выстроить свою политику по примеру европейской.

Очевидно, что декарбонизация металлургии и экономики Украины в целом займет продолжительное время и потребует комплексного подхода, который не будет ограничиваться введением СВАМ. Прежде всего украинским компаниям необходим равноправный с европейскими компаниями доступ к источникам финансирования экологической модернизации. Согласование усилий Украины и ЕС является необходимым условием для значимого сокращения выбросов СО2 и создания новой «зеленой» экономики.

Цикл смены технологий в металлургии